August 19th, 2007

взрыв сверхновой

Надгробная надпись на русской могиле.

На могильных памятниках принято видеть эпитафии. На могиле России, русского народа и русской цивилизации будет написано: простота хуже воровства.

Выяснилось, что погибнуть и выстоять под татарскими стрелами, пушками Наполеона и немецкими танками - дёшево стоит. Что отстоять страну в кольце врагов, в безнадёжной борьбе, а затем отстроить её вопреки всем "разумным прогнозам" - мало. Что стать из лапотного, неграмотного самым образованным народом, первым закинувшем человека в космос - грош этому цена. Что быть добрыми, честными, открытыми и вообще "хорошими людьми" - недостаточно.

Россию сгубил не "вор" - враг, мор или война. Россию сгубила простота. Первый раз в истории, первый раз народ России зажил спокойно, без крови и жестокой нужды, без постоянных войн. Первый раз можно было просто жить, не задумываясь над "страной и миром", метафизикой, судьбой человечества и предназначением человека. Первый раз русские получили такую возможность, воспользовались ей и погубили всё, что было создано веками борьбы и крови. Простота оказалась во сто крат разрушительней.

Простые люди не задумывались над "теориями", над "идеологиями", над историей и будущим; расплодившаяся русская "интеллигенция" не хотела знать ничего, кроме кучки взаимно противоречивых филистерских штампов; облечённые властью не знали ни страны, в которой живут, ни своих обязанностей. Понятие "гражданин" никого в простоте не интересовало. Хватило пары-тройки негодяев (которые были, есть, будут везде и всегда), даже не слишком умных и ловких, чтобы прикончить такую "простую" страну.

Играет оркестр, венки увиты лентами. Осталась пара заключительных штрихов. Вон их наносит простой хороший парень. Сейчас он закончит и можно хоронить. Парень отряхивает руки и поднимает голову. Какое честное, открытое лицо! Он и не догадывается, что могила вырыта для него. И эпитафию себе он выбил на камне сам: простота бывает хуже, много хуже воровства.
взрыв сверхновой

150 лет назад первый раз ударил герценовский "Колокол".

Как-то незаметно прошла важная дата русской истории. 1 июля 1857 года в городе Лондоне вышел первый лист (8 страниц) журнала или газеты - мнения расходятся - "Колокол". С девизом из Шиллера "Vivos voco" – "Зову живых", под руководством А.Герцена и Н.Огарёва. Нет мысли без слова, нет свободной мысли без свободного слова - потому значение "Колокола" и всей лондонской "Вольной русской типографии" исключительно для России. Важно и символично, что в России и только в России честь освобождения мысли принадлежит людям, выставившим своей программою "русский социализм" - минуя и превосходя либеральные идеалы Европы.

Успех и влияние "Колокола" с самого начала были огромны. Не было образованного дома в России, в котором бы не читали "Колокол" и не было ни одного русского, который, побывав в Лондоне, не посетил бы Герцена. У него побывали Тургенев, Толстой, Достоевский, Стасов, Островский, Н.Рубинштейн, Чернышевский, И.Аксаков, Кавелин, Потебня...Всё это при том, что в "Колоколе" первоначально писали только сами Герцен и Огарёв, при том, что организации по доставке и рапространению журнала в Россию не существовало ни сразу, ни потом. В России "Колокол" и само имя Герцена было запрещены.

Во многом успех "Колокола" обусловлен гением Герцена. Чернышевский писал, что "по блеску таланта в Европе нет публициста, равного Герцену". С февраля 1858 года журнал выходит дважды в месяц вместо одного, тираж достигает 3000 экземпляров. В России каждый номер проходил через десятки рук, журнал и статьи из него размножались и переписывались, доходили до крестьян, купцов и рабочих. "Колокол" внимательно читали в кабинетах власти. Письма в "Колокол" из России лились рекой.

Постепенно российские либералы осознали опасность "Колокола" для умеренного либерализма "применительно к подлости". Произошёл разрыв "Колокола" с большей частью либеральной и славянофильской общественности. Травлю Герцена в России и за границей повели "охранители". Тираж газеты падает. Но для охранителей "уже поздно". За распространение "вольных идей" взялись молодые землевольцы, всё чаще на страницах "Колокола" появляются их прокламации. В 1865-м к девизу журнала "Зову живых" добавляется "Земля и Воля". На историческую сцену выходит "Подпольная Россия".

Спустя десять лет, в июле 1867 года, выходит последний номер "Колокола". Прекращению издания способствовало множество причин, включая тяжелейшие личные обстоятельства Герцена. "Мы сказали почти всё, что имели сказать, и слова наши не прошли бесплодно", - подвёл итог Герцен. Пройдёт не так много времени, и человек, сказавший о Герцене "Он поднял знамя революции", подхватит это знамя. Соединив идею свободного слова с подпольной организацией, он сформулирует - "что делать" дальше.